Ждем угольный ренессанс?

Круглый стол. Наращивание внутреннего потребления угля в энергетике


Во время проведения крупнейшего в стране отраслевого выставочного форума «Уголь России и Майнинг-2015» в Новокузнецке по инициативе редакции журнала «Уголь Кузбасса» состоялось заседание «круглого стола» на тему «Наращивание внутреннего потребления угля за счет развития угольной генерации в энергетике. Обеспечение надежного электроснабжения»

Идею журналистов поддержал областной департамент угольной промышленности и энергетики. В разговоре приняли участие представители администрации Кемеровской области, энергетических и угольных предприятий, учебных заведений, инновационного сектора, средств массовой информации. Среди основных вынесенных на обсуждение вопросов — процессы развития угольной генерации в Кузбассе, практика применения современных технологий, выстраивание ценовой политики, условия инвестирования, угольная генерация и экология, роль науки в развитии угольной генерации в регионе.

Возвращение к истокам

С 90-х годов прошлого века доля «черного золота» в энергогенерации России сохраняла тенденцию к сокращению и сейчас она не дотягивает и до трети от всех видов добычи энергии в стране. Причин тут несколько, а, в первую очередь, в условиях рыночных отношений главным аргументом в предпочтениях потребителей получается цена вопроса. Если детальнее, — основные проблемы в сдерживании использования угля сложились из-за политики формирования цен на топливные ресурсы, удержания высоких железнодорожных тарифов на его перевозку и повышенных затрат на приготовление и экологическую безопасность угля как топлива. Естественно, что для шахтерского Кузбасса в силу специфики региона и исторических традиций (электростанции здесь, как правило, размещались рядом с центрами добычи угля и на нем же и работали) проблема увеличения доли угольной генерации является крайне актуальной.
К тому же растянувшаяся по времени дешевая «газовая пауза» в отечественной энергетике привела к нарушению сложившегося за последние полвека топливно-энергетического баланса, существенному снижению развития технологий эффективного использования и потребления не только угля, но и таких ресурсов, как торф, биомасса и др.
Проблемой этой, к слову, не так давно озадачились и высшие государственные деятели. Президент России, в частности, выступая 26 августа 2013 года на заседании президентской комиссии по топливно-энергетическому комплексу в Кемерове, потребовал развивать внутрироссийское потребление угля. Чем даже, по оценкам аналитиков, сумел удивить многих сторонников развития газовой отрасли. Правда, угольного бума в России все же тогда не случилось. Но, может, это только дело времени? Ведь, как считают многие эксперты, рост потребления угля внутри страны — это не только вопрос оптимизации энергобаланса. Это вопрос энергетической безопасности и экономической целесообразности. Ведь сбалансированное развитие и газовых, и угольных технологий в энергетике позволит лучше приспосабливаться к внешней конъюнктуре.
Прогноз поэтапного развития ТЭКа страны, представленный в «Энергетической стратегии России на период до 2030 года», предусматривает увеличение добычи угля до 430-470 миллионов тонн, или в 1,46 раза. Примерно на столько же, на сколько и добычи газа (в 1,57 раза). Ближайшие годы ценовая пропорция между углем и газом должна постепенно измениться в пользу угля и достичь к 2020-му году двукратного перевеса. Генеральная схема размещения объектов электроэнергетики (до 2030 года) предполагает к этому сроку ввод новой и модернизацию старой угольной генерации общей мощностью 26,1 ГВт. Правительство РФ решило с 2014 года определять внутренние цены на газ, исходя из формулы «равнодоходности» с экспортными поставками. В этих условиях уголь начинает становиться экономически более привлекательным для потребителей.
Развитие и внедрение новых современных технологий его использования в месте добычи только усиливает конкурентоспособность «черного золота». Для этого важно осуществить технологическую модернизацию производственной структуры угольных компаний.
Еще один важный нюанс. Традиционно репутация угольной энергетики страдает из-за проблем с экологией. Имеется два серьезных экологических ограничения. Первое — зола, но ее можно утилизировать в дорожное строительство и стройматериалы. Второе — оксиды азота, которых выбрасывается больше, чем при сжигании газа. Однако везде в мире эти вопросы решаются, и в России тоже появились разработки в этом направлении, которые можно внедрять. Современные технологии сжигания твердого топлива тем самым решают не только целевую задачу повышения КПД энергоблоков, но и экологические проблемы угольной генерации.
Начало дискуссии на «круглом столе» задал Дмитрий Кудряшов, начальник управления энергетики департамента угольной промышленности и энергетики администрации Кемеровской области, напомнивший, что в последние годы электростанции для производства электрической и тепловой энергии в России использовали до 27 миллионов тонн кузбасского угля. В том числе на долю энергогенерирующих предприятий Кемеровской области приходилось около 14 миллионов тонн угля. Однако в 2014 году из-за падения стоимости электроэнергии на оптовом рынке и сокращения ее выработки на станциях кузбасские энергетики обошлись меньшим объемом — в 12 миллионов тонн. Впрочем, это не стало тенденцией — с января по май нынешнего года для нужд энергетики было отгружено угля более чем на 1,5 миллиона тонн больше, чем за такой же предыдущий период.
Отметил Дмитрий Кудряшов и такую немаловажную составляющую, как воздействие на окружающую среду разных видов топлива:
— С точки зрения экологии, угольная энергетика непрактична, и лучше развивать газовую. Но, если поставить это дело на нормальные рельсы, то экология не будет страдать. К тому же и себестоимость электроэнергии, получаемой при угольной генерации, дешевле — в Кузбассе сегодня она составляет от 50 до 80 копеек за 1 киловатт/час, а при газовой — от 70 копеек до 1 рубля.
Угольной энергетике приходится сегодня конкурировать в жестких условиях. Пока прогнозы для нее не слишком благоприятны — доля угля будет сокращаться не только из-за ужесточения экологических требований в федеральном законодательстве, но и из-за сложившейся экономической ситуации: пока газ дешевле, это никак не в пользу нашего угольного региона. И со сбытом угля за пределами Кузбасса могут возникнуть проблемы, — отметил Михаил Ольховский, начальник отдела поставки и переработки угля управления энергетики департамента угольной промышленности и энергетики администрации Кемеровской области. — Ситуацию, правда, можно попытаться изменить, если удастся выработать проект угольной генерации с высокой экономической эффективностью за счет выработки золошлаковых отходов в более приемлемом для использования в промышленности виде (например, с повышенным содержанием особо ценного компонента — микросфер) — это значительно бы увеличило доходность угольной энергетики, получившей возможность продажи дополнительного продукта. К сожалению, на сегодня мы не имеем в регионе подобного использования таких отходов в массовом порядке. Соответственно, не имеем и гарантированного сбыта угля. Хотя, начиная с 2011 года по инициативе администрации Кемеровской области прошло несколько совещаний, научно-практическая конференция в Кузбасском технопарке, к решению вопроса привлекались наши ученые, Кузбасский государственный технический университет… Но участники этих мероприятий так и не смогли прийти к единому мнению, какой подход предпочтительней и в каком направлении нам двигаться.
Идею перспективного развития угольной генерации в Кемеровской области поддержал директор по инвестициям Кузбасского филиала Сибирской генерирующей компании Юрий Грецингер.
Тепловые электростанции этой компании являются крупнейшими потребителями энергетического угля в регионе — каждый год они сжигают до 12 миллионов тонн твердого топлива, обеспечивая стабильный рынок сбыта продукции для угольных предприятий-партнеров и надежное энергоснабжение своих потребителей.
— Уголь по-прежнему остается для нас основным источником энергии и сохранит свои лидирующие позиции в долгосрочной перспективе, — сказал Юрий Грецингер. — Хотя мы и ввели в 2014 году в строй Новокузнецкую газотурбинную электростанцию, но это было вызвано не тем, что мы не хотим сжигать уголь, а необходимостью «закрыть» имевшееся узкое место по электрическим сетям для покрытия пиковых нагрузок (ГТЭС запускается за считанные минуты, а не за часы, как электростанции, работающие на угле).
Ключевым фактором, который по-прежнему предопределяет приоритетное развитие угольной генерации в Кузбассе, является наличие на территории региона больших запасов этого топливного ресурса. Мы производим из угля электрическую и тепловую энергии непосредственно на месте его добычи, что обеспечивает в Кемеровской области более низкую себестоимость угольной генерации по сравнению с газовой. При этом современные технологии сжигания угля позволяют существенно снижать негативное воздействие на окружающую среду. Разведанных запасов угля в регионе хватит на многие-многие годы вперед, то есть угольная генерация обладает здесь гарантированной сырьевой базой. В результате у нас есть мощная платформа для перспективного развития нашего бизнеса в Кузбассе. Все зависит от спроса. При появлении новых потребителей мы сможем при необходимости вырабатывать больше электроэнергии. И при этом нам нет необходимости планировать развивать мазутную или газовую энергетику.
Кроме Новокузнецкой ГТЭС, в рамках инвестиционной программы в 2014 году Сибирская генерирующая компания ввела в Кемеровской области в эксплуатацию после масштабной реконструкции четыре энергоблока на Беловской ГРЭС и Томь-Усинской ГРЭС, работающие на угле. Годовая суммарная потребность в кузбасском угле этих четырех блоков составляет до 2 миллионов тонн.
Коснулся Юрий Грецингер и проблемы угольных отходов. Предприятия Кузбасского филиала СГК в год укладывают в золоотвалы порядка 2 миллионов тонн отходов. По крайней мере, часть из них вполне можно было пустить на производство строительных материалов. Такие попытки предпринимались, но энергетики столкнулись с проблемой отсутствия спроса — продукт продать невозможно. В такой ситуации было бы неплохо законодательно обязать использовать такие материалы в дорожном строительстве. Но это уже вопрос к властным структурам и депутатам.
Представители ведущих угольных компаний, принявшие участие в «круглом столе», поддержали энергетиков и их аргументы в пользу развития именно угольной генерации, в свою очередь, подтвердив готовность увеличить добычу угля в регионе по мере роста потребительского спроса на него.
Кстати, по оценкам энергетиков, в Кузбассе в ближайшие годы, благодаря развитию городов, можно будет ожидать роста спроса на тепловую энергию — прежде всего в Кемерове и Новокузнецке, где основными источниками теплоснабжения выступают тепловые электростанции, работающие именно на кузбасском угле. В этой связи муниципалитеты должны сформировать свою четкую позицию по перспективам развития теплоснабжения, в частности, — определиться, будут ли они строить в новых районах локальные котельные с более высокой себестоимостью производства тепла или следует отдать предпочтение развитию тепловых электростанций, работающих на принципах когенерации (одновременная выработка электрической и тепловой энергии). С точки зрения рядовых потребителей, второй вариант более предпочтителен. В свою очередь, для угольщиков такой подход интересен с точки зрения расширения рынка сбыта. Прямая выгода есть и для властей — это получение дополнительных налоговых поступлений от шахт и разрезов.

Привет из советского прошлого

На «круглом столе» обсуждались также альтернативные способы увеличения доли угольной генерации в регионе, в том числе распределенная энергетика, глубокая переработка угля и водоугольное топливо. Однако, как показала практика, ожидаемого экономического эффекта эти проекты пока не принесли.
Так, Владимир Тютиков, заместитель технического директора по планированию горного производства ОАО «УК «Кузбассразрезуголь» рассказал, что компания серьезно изучала вопрос о строительстве своей ТЭЦ. Открытчики провели предпроектные проработки, рассмотрели несколько площадок под электростанцию, пробовали искать партнеров, готовых вложить в этот проект инвестиции. Но выяснилось, что цена вопроса — слишком высока:
— Когда все просчитали, то оказалось, что в проект необходимо будет вложить порядка 50 миллиардов рублей, а окупится он лишь за 40 лет. Поэтому эту тему мы пока вынуждены отложить, хотя окончательно от нее не отказались.
Такая же ситуация сложилась при изучении проектов по глубокой переработке угля. Например, смотрели, сможем ли получать нефтепродукты. Но, во-первых, сегодня у нас в стране просто нет дешевых технологий, позволяющих быстро перерабатывать уголь в дополнительный продукт. А во-вторых, выяснилось, что проблема не только в необходимости больших инвестиций. Наши предпроектные проработки показали, что потребуется слишком много воды, которой на данной территории просто нет. Проект тоже пока отложили… И такая ситуация не только в нашей компании. Так что пока угольщики стремятся максимально обогащать уголь на месте — в таком виде он все-таки более ценится на рынке.
Как заметил Виктор Сливной, доцент кафедры теплоэнергетики КузГТУ, было бы неплохо, чтобы в регионе развивалась альтернативная энергетика, работающая не на традиционных видах топлива. У которой, к слову, пока даже нет точного определения, так как разные ученые и производственники называют такую энергетику кто — малой, кто — автономной, кто — распределенной. Неудивительно, что уже не первый год ведутся споры по поводу себестоимости такой энергетики (кстати, собравшиеся на «круглом столе» в Новокузнецке по этому поводу тоже поспорили… и, разумеется, каждый из участников дискуссии, что называется, остался при своем мнении).
Привели на «круглом столе» и пример из советского прошлого, связанный с попыткой получения водоугольного топлива. Речь идет о печально знаменитом опытно-промышленном углепроводе Белово-Новосибирск (от шахты «Инская» до ТЭЦ-5, протяженностью 262 километра и мощностью 3 миллиона тонн в год). Он должен был явиться полигоном для отработки строительства углепроводов Кузбасс—Центр и далее до портов Черного моря, мощностью 25-30 миллионов тонн. В 1989 году первая очередь пускового комплекса углепровода мощностью 1,2 миллиона тонн была сдана в опытную эксплуатацию.
В свое время углепровод был построен, будучи изначально планово-убыточным. Но что могла себе позволить социалистическая экономика, не захотела позволить рыночная. В связи с частыми перерывами в эксплуатации углепровода (аварийные остановки шахты «Инская», вывод ТЭЦ-5 до 7 месяцев в резерв, крупная авария в котельной головных сооружений, из-за чего были разморожены все сооружения в пункте приготовления топлива, и др.), а также по причине снижения внимания к углепроводу со стороны правительства России, прекратившего финансирование неоконченных работ, не удалось достичь стабильных проектных показателей. Без постоянной загрузки и должного финансирования уникальнейший комплекс начал разрушаться, а оборудование его растаскивали. В итоге решением межведомственной комиссии Минэнерго России в конце 2003 года было признано нерациональным его восстанавливать и рекомендовано продать по частям.
Сегодня в России нет общей скоординированной программы. Разработка водоугольного топлива и проектирование установок для его использования сосредоточены в нескольких не связанных между собой организациях. Есть они в том числе и в Кузбассе, но, как было отмечено на «круглом столе», инвесторы не спешат вкладывать в их проекты средства.
Все предложения участников «круглого стола», как сообщила генеральный директор ИД «Кузнецкий край» Надежда Сухинина, будут переданы в профильные департаменты администрации Кемеровской области.

Александр Пономарев


Юрист Сухининой