Обзор СМИ


"Сражение за уголь" поставило европейский энергопереход под угрозу
13.09.2022


Санкции против России вынудили Европу снова открыть угольные электростанции, пишет "Гуанмин жибао". Но возвращение к ископаемому ресурсу не остановит кризис. Оно лишь обострит рыночную конкуренцию и обратит вспять переход к "зеленой" энергетике, считают эксперты.

Многие европейские страны объявили о перезапуске угольных электростанций (ЭС) из-за ущерба, нанесенного "чёрным лебедем" — украинским конфликтом — и последовавшим за санкциями против Москвы энергетическим кризисом. Особенно усугубилась ситуация после объявления России о сокращении объемов транспортировок газа по трубопроводу "Северный поток — 1".

Австрийское правительство недавно приняло решение о сотрудничестве с крупнейшей в стране электроэнергетической компанией Verbund для возобновления работы ТЭЦ в Меллахе — это последняя угольная электростанция, закрытая весной 2020 года. Власти Франции готовятся перезапустить закрытую в марте ТЭС в Сент-Авольде. Германия объявила, что временно восстановит подачу энергии с простаивающих электростанций до 10 гигаватт (ГВт), что на треть увеличит общий объем ее выработки. Ориентировочно планируется ввести эту меру на два года.

По разным данным, в настоящее время в Европе расконсервируют ранее остановленные энергоблоки, рассчитанные на 8,171 миллиона киловатт (кВт). Блоки на 4,458 миллионов кВт отменят 35%-ное ограничение энергопроизводства. Ожидается, что из-за этого расход угля возрастет на 18,8 миллионов тонн. В резерве региона находятся станции на 14 ГВт, что составляет 1,5% от его общего производственного потенциала. К 2023 году их планируется перезапустить на 65% мощностей, чтобы они производили шесть миллиардов кВт⋅ч электроэнергии, — этот объем может обеспечить Европу электричеством примерно на неделю.

До начала украинского конфликта 46% угля импортировалось в ЕС из России. После обострения напряженности в апреле он стал первой целью санкций против Москвы. В начале августа вступило в силу эмбарго Евросоюза на российский уголь, в результате чего поставки этого энергоносителя сократились вдвое. Поиск альтернативных источников энергии стал насущной проблемой для многих стран союза. Судя по всему, государства ЕС вернулись к традиционным в прошлом торговцам углем — Австралии, Соединенным Штатам, Индонезии, ЮАР и Колумбии. Согласно данным Федерального статистического управления Германии, с января по апрель 2022 года объем импорта угля в страну составил 12,987 миллионов тонн, увеличившись на 25,3% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Ридван Джамалуддин, директор Департамента полезных ископаемых и угля Министерства энергетики и минеральных ресурсов Индонезии, заявил, что некоторые страны ЕС обратились к индонезийским производителям угля. Среди них – Берлин, выступивший с инициативой крупного заказа на 150 миллионов тонн. В то же время в одном только в марте 2022 года Европа импортировала 1,3 миллиона тонн угля из Колумбии, увеличив долю экспорта Боготы более чем на 47%. Южная Африка также экспортировала в Европу 287 тысяч тонн угля в этом году.

Однако большинство европейских стран не рассматривает возобновление собственной добычи ресурса в масштабах, сравнимых с объемами импорта. Лишь несколько традиционных угледобывающих государств, таких как Греция, планируют продолжить его разработку.

Из-за низкого промышленного спроса в этом году общее производство электроэнергии в ЕС было в определенной степени ограниченным, и многие страны воспользовались возможностью увеличить запасы угля, чтобы обеспечить стабильные цены и поставки. Вслед за введением санкций операторы электростанций ЕС начали закупать это ископаемое еще в марте, а его запасы в Северо-Западной Европе выросли до 6,6 миллионов тонн. Это новый рекорд, побивший показатель ноября 2019 года в 6,4 миллиона тонн.

В будущем обстановка на угольном рынке, вероятно, окажется похожей на текущую ситуацию на рынке сырой нефти. В то время как ЕС сможет ориентироваться только на поставки из Австралии, Индонезии и других стран, другие страны-потребители будут в больших объемах импортировать российский уголь. Согласно источникам, европейский рынок в основном нуждается в угле среднего и высокого качества, в то время как большинство индонезийских горнодобывающих компаний производит ресурс более низкого качества. Существует огромный разрыв между углем Джакарты и требованиями потребителей из союза. Продукция, близкая к их запросам, уже забронирована азиатскими покупателями. Более того, Европа ищет крупных импортеров, а индонезийские производители заявляют, что их возможности поставок сверх существующих контрактных обязательств лимитированы. Тем немногим, кто может расширить мощности, требуется одобрение правительства для увеличения объема экспорта. Аналогичная ситуация сложилась и в Австралии. Местные угольные компании уже достигли предельных масштабов добычи и вряд ли смогут удовлетворить дополнительный спрос со стороны еврозоны.

После того, как ЕС принял решение ввести санкции против российского угля, цена фьючерсов на этот энергоресурс резко подскочила — в июне она составила 400 долларов за тонну, это в два раза больше показателя за аналогичный период прошлого года. По мнению отраслевых аналитиков, Европейский союз и другие державы в настоящее время ведут ожесточенную "борьбу за уголь", но в краткосрочной перспективе производственный потенциал многих стран не сможет увеличиться. Это углубит глобальный дефицит и еще больше повысит и без того взвинченные цены на уголь. На международном рынке угля будет по-прежнему значительный дисбаланс спроса и предложения. Последующий сценарий зависит от того, удастся ли странам ОПЕК ускорить наращивание своих мощностей, а также от обстановки с транспортировкой газа в Европу по "Северному потоку — 1".

Йохан Лиллистам, профессор энергетической политики Потсдамского университета в Германии, считает, что нынешний переход на уголь — предварительное решение, необходимое, чтобы выиграть время на трансформацию энергетики и поиск более устойчивых вариантов. Некоторые другие эксперты тоже заявили, что ЕС рассматривает перезапуск ТЭС лишь как краткосрочную меру и ее воздействие на европейские обязательства по климату и переход к зеленой энергетике очень ограничено. Тем не менее многие скептически относятся к попытке властей "обелить" откат к прежней энергетической политике.

Анализ общественного мнения показывает, что эти "экстренные шаги" не только не смогут обеспечить эффективное решение проблемы энергодефицита, но и добавят в общий котел немало негативных последствий.

С одной стороны, подобные действия нарушают международные соглашения в области сокращения выбросов углерода и подрывают глобальный курс на регулирование климата. Возобновляя выработку угля для выхода из собственного энергетического кризиса, многие страны ЕС не снижают экологические требования к развивающимся странам. Подобные "двойные стандарты" сводят на нет работу по защите окружающей среды.

С другой стороны, ЕС сделал шаг в сторону от энергетического перехода, откладывая собственные климатические цели "на потом". Итальянский профессор экономики окружающей среды Андреа Зати полагает, что перезапуск угольных ТЭС может значительно задержать развитие экологически рациональной энергетики в Европе, а также усилить ее зависимость от ископаемого топлива, сократить инвестиции в возобновляемые источники энергии. Маттиас Бук, глава немецкого аналитического центра Agora Energiewende, заявил, что план по переходу к зеленой энергетике должен быть пересмотрен в связи с текущим кризисом, увеличением выбросов от сжигания угля и отсутствием конкретных мер по сокращению спроса на это горючее, из-за которых ЕС упускает возможность укрепить энергетический суверенитет и достичь своих целей по климату.

https://inosmi.ru/20220913/energetika-256077877.html