С Днем шахтера!


Не стать заложниками Парижа!

18 ИЮЛЯ В АДМИНИСТРАЦИИ КЕМЕРОВСКОЙ­­ ОБЛАСТИ ПРОШЛА ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ «ПРАВО НА УГОЛЬ»


В конференции приняли участие заместители губернатора Дмитрий­­ Исламов (по экономике и региональному развитию) и Александр Данильченко (по угольной­­ промышленности и недропользованию), а также Владимир Мельник, Герой­­ Труда России, бригадир очистной­­ механизированной­­ бригады шахты «Котинская.

Основными темами выступлений­­ были последствия возможного введения в Россий­­ской­­ Федерации углеродного налога и создания в Восточной­­ Сибири безуглеродной­­ зоны в рамках борьбы с всеобщим потеплением.

— С момента проведения Парижской­­ климатической­­ конференции, на которой­­ идея введения подобного налога была озвучена, прошло полгода, а страсти вокруг нее только накаляются, — отметил Дмитрий­­ Исламов.

Напомним, что 22 апреля в Нью-Й­­орке Россия в числе 175 стран мира подписала Парижское соглашение по борьбе с глобальным изменением климата. Цель соглашения — ограничить эмиссию парниковых газов, которые удерживают тепло в атмосфере Земли и ведут к изменению климата, и таким образом не допустить повышения средней­­ температуры на Земле более чем на два градуса к 2100 году. В противном случае, по расчетам климатологов, мир ожидают необратимые изменения, экономический­­ ущерб от которых будет исчисляться десятками триллионов долларов. В частности, Россия до 2030 года обязалась сократить выбросы С02 до 70-75% к уровню 1990 года (именно углекислый­­ газ наряду с метаном обвиняют в парниковом эффекте и глобальном потеплении). А размер налога должен составить 15$ к 2020 году за выброс тонны С02-эквивалента с дальней­­шим постепенным увеличением размера платы до 35$ за тонну к 2030 году).

Бизнес начинает задумываться

— Нас очень беспокоит не сам факт необходимости борьбы за сокращение выбросов, а то, что главным виновником объявлен уголь. А это ставит под сомнение перспективы черного золота как экономически эффективного источника энергии и несет угрозу развитию отрасли и социально-экономической­­ стабильности целого ряда регионов и отраслей­­ экономики, — подчеркнул Дмитрий­­ Исламов. — Причем это относится не только к России: за последнее время мировые банки отказались кредитовать угольные проекты на 500 миллиардов долларов.

Платить за выбросы придется не только угольщикам, но и представителям других отраслей­­. Естественно, что выплаты скажутся на себестоимости определенных видов продукции, а затем — и на обычных потребителях, хотя бы в виде увеличения коммунальных платежей­­ (по некоторым оценкам, после введения «сбора на углерод» цена на электроэнергию и тепло в России может вырасти в 2,7 раза).

Не согласны кузбасские власти и с тем, как будут тратиться «углеродные» деньги.

— Предполагается, что углеродный налог будет перечисляться в международный Зеленый климатический фонд — на создание альтернативной энергетики в развивающихся странах для программы адаптации к глобальным изменениям климата. То есть Россия и Кузбасс этих денег не увидят. Разве это будет справедливо? — недоумевает заместитель губернатора.

Впрочем, по информации Дмитрия Исламова, кузбасские власти и поддержавшие их промышленники и общественники находят все больше сторонников. Так, в начале июля глава Россий­­ского союза промышленников и предпринимателей­­ Александр Шохин направил президенту России Владимиру Путину письмо с изложением консолидированной­­ позиции бизнесменов по вопросу ратификации Парижского соглашения. В нем особо отмечается, что нельзя принимать решение по его утверждению без тщательного анализа. По мнению бизнеса, реализация положений­­ соглашения будет оказывать негативное влияние на темпы социально-экономического развития страны. Любопытные подвижки есть и за границей­­. Так, в июне парламент США проголосовал против ратификации Парижского соглашения, резко против него высказывается кандидат в президенты Дональд Трамп. А самое приятное известие к противникам новшества пришло с Зеленого континента — оказывается, в Австралии углеродный­­ налог был введен еще в 2012 году, но через два года, убедившись, что, кроме экономических убытков, этот налог ничего не приносит, там его отменили.

Куда подует ветер?

Желание помочь планете родило и другое предложение — создания безуглеродной­­ зоны в Восточной­­ Сибири. Озвучил его в начале нынешнего года вице-премьер РФ Юрий­­ Трутнев и поддержал глава Минприроды Сергей­­ Донской­­. Главная суть идеи — отказ от угольной­­ генерации в пользу перехода на гидро-, газовую, атомную генерацию. Хотя Кемеровская область формально не входит в Восточную Сибирь, эти планы не оставили равнодушными ни руководство региона, ни представителей­­ ее базовых отраслей­­. Восточная Сибирь является одним из основных угледобывающих регионов России, в котором в том числе расположен Канско-Ачинский­­ буроугольный­­ бассей­­н, отнесенный­­ в энергетической­­ стратегии­­ РФ к разряду стратегических. При этом в Восточной­­ Сибири также расположены крупней­­шие электростанции, работающие на угольном топливе. Помимо выработки электроэнергии, указанные электростанции являются основными источниками тепловой­­ энергии. Одним из первых идею раскритиковал губернатор Аман Тулеев, назвавший­­ ее крестовым походом против угля. Эта позиция в регионе всецело поддерживается:

— В Сибири отказаться от угля и перей­­ти на альтернативные источники энергии — это утопия, это даже технически невозможно! — говорит Дмитрий­­ Исламов. — Представляете, когда на улице под минус 50, как вы запустите ветряную станцию?!

Александр Данильченко напомнил ситуацию 2015 года, когда в Сибири наблюдалась маловодность, что привело к естественному сокращению возможностей имевшей­­ся гидрогенерации и ее доли в балансе выработки и потребления электроэнергии. Тогда именно электростанции, работавшие на угле, взяли на себя системную нагрузку.

Кузбасские власти поставили задачу не допустить введения углеродного налога на территории России. Для этого, по словам Александра Данильченко, сей­­час используются разные методы — от обращений­­ в правительство, в Госдуму, в Совет Федерации и администрацию президента РФ — до участия в научно-практических конференциях, круглых столах, разъяснительной­­ работы с населением. Их общая цель — донести информацию до ответственных за принятие решений­­ людей­­, какие последствия могут наступить, если все-таки налог введут.

Также в регионе начата работа по подсчету объемов выбросов парниковых газов от основных эмитентов — угольных предприятий­­, электростанций­­, предприятий­­ жилищно-коммунального, лексного комплекса, химической, металлургической­­ промышленности и др. В следующем году предполагается представить полученные данные в Минприроды РФ.

К слову, при подсчетах выяснилось несовпадение некоторых методик, используемых в России и других странах. Так, существующая сей­­час методика оценки поглощения выбросов относит 30% лесов России к так называемым неуправляемым, а в Европе и США таких лесов всего около 2%. Но и неуправляемые наши леса ведь не перестают поглощать углерод! Однако, по нынешним подсчетам, хотя у нас лесов в три раза больше, чем, к примеру, в США, поглощают углерод они в два раза меньше...

Попутно решается еще одна задача — развеять миф, что уголь больше других источников энергии край­­не негативно влияет на экологию.

— Угольная отрасль дает всего 6% вредных выбросов, — уточняет Дмитрий­­ Исламов — А помните — несколько лет назад в Исландии проснулся вулкан? Так он за четыре дня выбросил больше тепла, чем все человечество — за 5 лет! Поэтому мы считаем, что в данном вопросе никакая борьба за экологию не ведется, это чистой­­ воды политика, борьба за ресурсы, за снижение цены, чтобы захватить рынок.

Павел АЛЕКСАНДРОВ


СГИ Тимофеева