Заглянуть на уголек

Cпуститься в шахту хотя бы на полчаса — такая возможность даже кузбасскому журналисту выпадает если не раз в жизни, то уж точно не каждый год


Корреспондент «УК» принял участие в пресс-туре Распадской угольной компании (входит в ЕВРАЗ) и за два дня увидел два важнейших процесса — добычу угля и его обогащение.

Сегодня Распадская угольная компания объединяет два разреза (один из них был открыт на междуреченской площадке в сентябре), три обогатительные фабрики и семь шахт. Перед административным корпусом одной из них — «Усковской» — и останавливается автобус группы. Обычное на первый взгляд двухэтажное здание. Но с особым пропускным режимом. На входе нас встречает алкотестер. Утомленные 1,5-часовой дорогой из Новокузнецка, журналисты не сразу понимают, как его пройти. Небольшая заминка, и зеленая лампочка пропускает каждого дальше. В актовом зале ждет встреча с Алексеем Хабаровым, директором предприятия. Сопровождающие поясняют, алкотестер — один из этапов системы безопасности. Ни один шахтер под воздействием алкоголя допущен к смене не будет.

— Предприятие существует с 2002 года. Ранее на территории располагалась «Ульяновская», — рассказывает Алексей Хабаров. — На сегодня пройдено более 126 километров горных выработок, подняли 26 миллионов тонн угля. Сейчас работы ведутся на пласту 50, запасов угля в нем хватит еще как минимум на три года. После планируется перейти к отработке перспективного пласта 48, там уголь более высокого качества.

Промышленные запасы 48-го пласта составляют более 60 миллионов тонн угля. По данным Алексея Хабарова, предполагается, что нагрузка 48-го пласта составит 3 миллиона тонн в год. Отработку начнут в 2021 году, но подготовительные работы будут вестись с января следующего года.

Для нас же, журналистов, следующий этап пресс-тура — инструктаж. Его проводит Юрий Шевнин, начальник участка «Вспомогательная горноспасательная служба». Он говорит о коллективной ответственности.

— Если кто-то что-то нарушит по незнанию — погибнут все. Дома нас ждут жены, дети, матери, отцы, поэтому безопасность превыше всего. Чтобы подобного не случилось, у нас установлены современные системы. Все отслеживается в режиме онлайн, — уточняет Шевнин.

На его плече сразу три само­спасателя.

— В случае аварийной ситуации срываем заглушку, зажимаем во рту трубку и дышим, — почти кричит Юрий Шевнин, в то время как элементы креплений открытого им самоспасателя разлетаются на три-четыре метра вокруг. Журналисты не успевают опомниться, а он уже, полный решимости, широкими шагами направляется к воображаемому выходу из задымленной шахты.

При движении человека воздуха в самоспасателе хватит на час, при нахождении на одном месте — на пять часов. Газовую обстановку в шахте контролирует множество датчиков. Один из них — газоанализатор, он выдается каждому горняку.

— Если что-то пошло не так, это понятно либо по мигающему свету головного светильника (он начнет сигналить автоматически), либо по цвету и звуковому сигналу газоанализатора, — обращает внимание эксперт.

Уже подготовленные члены нашей группы продолжают знакомство с шахтой в диспетчерской. Штук семь мониторов, на каждом движение, сложные графики, схемы. По рации непрерывно ведутся переговоры… Алексей Прокопенко, заместитель механика участка ВТБ шахты «Усковская», произносит: «Обычно здесь работают женщины». Невероятно!

Сегодня же в кресле диспетчера Вадим Глушков. Мы внимательно смотрим, как он принимает поступающую информацию с общих и персональных газоанализаторов, отслеживает данные о нахождении горняков, газовой обстановке, местоположении дизелевозов, подаче воды, наполнении резервуаров, работе очистного комбайна и так далее. Вот кто-то дольше обычного не вышел на связь, его уже дважды вызывали. Наконец диспетчеру отвечают и там: все в порядке. Телевизионщики записывают «лайф» — фрагмент реальной ситуации, который затем добавляется в сюжет без озвучки. А в голове все же не укладывается, как одна женщина может контролировать перемещения сотни мужчин…

Нас торопят, пора переодеться. Легкая хлопковая нательная рубаха, штаны, роба, теплый жилет, каска, очки, перчатки. Неожиданно едва ли не главным элементом экипировки оказываются… портянки. Намотать их — мастерство, приходящее с годами. Работники шахты помогают. Сверху портянок — сапоги.

В ламповой каждому выдают головной светильник, самоспасатель и газоанализатор. Теперь на мониторе диспетчера будут отслеживать и наши перемещения. Радиометки системы Flexcom вмонтированы в светильники… Газоанализатор фиксирует уровень метана в том месте, где находится горняк и, в случае чего, подает тревожный сигнал.

Дорогу до шахты преодолеваем на пазике. Вниз спускаемся на дизелевозе. Ощущения можно сравнить разве что с ездой в старом советском трамвае: грохот, легкое покачивание из стороны в сторону. Шахтеры периодически сходят, открывают двери вентиляционных перемычек на нашем пути. Незаметно проходит полчаса. Глубина порядка 250 метров. Работники предприятия отмечают, что шахта неглубокая. Прохладно, воздух влажный, все вокруг покрыто специальной инертной сланцевой пылью. Ее задача бороться с угольной пылью.

Через мостики идем в забой. Здесь работает мощный комбайн Joy. Машина рубит уголь. Рабочий орган вгрызается в стену, уголь непрерывно подается на конвейерную ленту и по ней движется на поверхность. Шахтеры в шутку предлагают нам взять на сувенир «хоть три килограмма». Машинист стоит в нескольких шагах. В его руках пульт. Кажется удивительным, что на расстоянии, при помощи нескольких кнопок, человек легко управляет такой махиной. Ярослав Ерченко, начальник добычного участка №5 шахты «Усковская», поясняет журналистам:

— Лава 50-08, в которой непосредственно сейчас работает участок №5, является очень высокотехнологичным объектом. Комбайн Joy в смену добывает приблизительно 6-7 000 тонн. В среднем в сутки эта лава может давать до 10-12 000 тонн.

Пора возвращаться. Уже на поверхности делаем фото на память. Все шепчутся: «Труд шахтеров — невероятный».

Впереди, как шутит Алексей Рябов, начальник пресс-службы Распадской угольной компании, самое главное — ужин в шахтерской столовой. А завтра поездка на Междуреченскую площадку РУК, знакомство с ОФ «Распадская».

Из шахтера в обогатители и обратно

По количеству и яркости впечатлений экскурсия на обогатительную фабрику ничуть не уступает спуску в шахту. Здесь тоже много угля, он движется по лентам, гремит, сыпется. Правда, уже не встретить огромных «булыжников», на конвейерах одинаковые аккуратные кусочки. Уголь на ОФ «Распадская» обогащают сразу с двух площадок Распадской угольной компании — Новокузнецкой и Междуреченской. За смену могут перерабатывать до 20 000 тонн угля. Проектная мощность фабрики — 15 миллионов тонн угля в год.

Как рассказали журналистам специалисты, особая технология флотации дает возможность перерабатывать труднообогатимые и востребованные на рынке марки угля К и КС. Фракции минус 0,15 микрон. Оборудование самое передовое — установлены современные флотомашины и пресс-фильтры.

— Внедрение технологии флотации позволит присаживать класс минус 0,15 микрон с золой концентрата до 9%, — объясняет Михаил Яценко, главный инженер обогатительной фабрики «Распадская», — более того, внедрение камерных фильтр-прессов на флотации, и уход от ленточных прессов даст возможность снизить влажность концентрата.

Сложное оборудование вызывает всеобщий восторг, восхищение и интерес. Кажется, что разобраться здесь крайне непросто. Но управляют механизмами в том числе молоденькие девушки. Юлия Широкова, машинист установок обогащения и брикетирования ОФ «Распадская», работает на предприятии не первый год, ответственности не боится. Улыбаясь, она рассказывает группе, что камерный пресс-фильтр требует особого внимания, на этом этапе идет разделение суспензии на две фазы — жидкую и твердую.

Качество конечного продукта строго контролирует техническая лаборатория. На фабрике установлены автоматические пробозабиратели. Они забирают уголь каждые пять (!) минут. В специальных машинах его измельчают, после чего доставляют в лабораторию, где исследуют влажность, зольность, калорийность и другие показатели.

Из обогатителей журналисты вновь становятся шахтерами. В конференц-зале нам презентуют первый в России искробезопасный планшет. Гаджет — мобильный аналог диспетчерского пункта, создан на базе Android и заключен во взрывобезопасную оболочку. По размерам устройство — не больше привычного всем планшетного компьютера. Уникальный промышленный планшет позволяет отслеживать работу различных систем шахты непосредственно под землей.

— Главный механик, видя, что произошел какой-то сбой на конвейерной цепочке, может моментально отреагировать, — рассказывает Игорь Матяж, технический руководитель службы автоматических систем управления технологическими процессами, — написать предписание, выдать наряд, сфотографировать тот или иной механизм, снять в работе какую-то неисправность. И человек, который получает наряд на следующую смену, это принимает к действию.

Журналистам объясняют еще одну функцию устройства — оно может работать и как рация, здесь имеется свое приложение для радиосвязи под землей. Чтобы использовать все возможности планшета, в шахте смонтируют беспроводные точки доступа вай-фай.

Завершением двух насыщенных дней стала пресс-конференция Сергея Степанова, вице-президента ЕВРАЗа, генерального директора Распадской угольной компании.

Среди прочего он рассказал журналистам, что компания выполнила приоритетную для себя задачу — на шахте «Распадская-Коксовая» запустила в работу участок открытых горных работ.

— Хороший, качественный, востребованный уголь плюс открытый способ добычи, который наводит некий баланс в компании, — рассказал Сергей Степанов. — В настоящее время у нас 7 шахт и 1 разрез. Сейчас появился второй разрез, идем к количественному равновесию открытой и подземной добычи. Первая все-таки более безопасна. Поэтому по многим категориям это уголь, которого у нас не было: металлургический, высокого качества, взятый способом открытой добычи. Стратегический приоритет №1 был поставлен и своевременно взят. Все совпало.

Введение в эксплуатацию нового разреза позволит Распадской угольной компании расширить марочный портфель добываемого угля, а также увеличить долю поставок на металлургические предприятия внутри холдинга. Сейчас угольщики дают металлургам ЕВРАЗа 50% от объема угля, необходимого для производства, ввод участка открытых горных работ увеличит этот показатель до 80%. В ближайшие два года объем угля, добытого на поверхности, достигнет 1 миллиона тонн.

Вера Фатеева


Юрист Сухининой